СОДЕРЖАНИЕ:

-1000 ОТОБРАЖЕНИЙ МЕНЯ (Глазнев Андрей Анатольевич) -БАРТЕР (Муляр Юрий) -БОГ (Муляр Юрий) -БОЛЬНАЯ ЧАЙКА (Рудич Павел Клиникович) -БРАТ ВСТАНЬ! (Муляр Юрий) -В ЗАЩИТУ ФЭНТЕЗИ (Репета Виталий) -ВЕЛИКИЙ И МОГУЧИЙ (Варский Александр Николаевич) -ВОСКРЕСЕНЬЕ (Филиппов Алексей) -ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО (Пасика Кристина) -ДРЕВНЯЯ КРОВЬ (Ткач Сергей feat Муляр Юрий) -ДРУГАЯ ЖИЗНЬ (Бардонов Александр Иванович) -ЗОНА (Филиппов Алексей) -КОЛОНИЗАЦИЯ (Пащенко Александр) -КОНЕЧНАЯ ОСТАНОВКА (Цуркан Валерий) -ЛУЧШИЕ ИЗ ЛУЧШИХ (Муляр Юрий) -ПАСТЫРЬ (Павлюк Олег) -ПОКОРИТЕЛЬ ПЛАНЕТ (Ратман Макс) -ПОПОЛАМ (Муляр Юрий) -ПОСЛЕДНИЙ ЗЛЮКА (Лысенко Сергей Сергеевич) -ПРИШЕСТВИЕ (Поляков Игорь) -РАГУ ИЗ КРОЛИКА (Карпов Леонид Евгеньевич) -РЕБЕНОК ПАНТАГРЮЭЛЯ (Мальгин Сергей Романович) -РОБИНЗОН КЛЮЕВ (Варакин Александр) -СКВОЗЬ ДОЖДЬ (Павлюк Олег) -СЛУЧАЙ В ПРИДОРОЖНОМ ЗАВЕДЕНИИ (Рыскин Александр) -СПАСИБО СОСЕД (Тишанская Марина Антоновна) -СУНДУК (Пащенко Александр) -ТАК УЖ СЛУЧИЛОСЬ (Муляр Юрий) -ТАМ НА ЮГО ВОСТОКЕ (Гелприн Майк) -У РАЗБИТОГО КОРЫТА (Дьяков Сергей Александрович) -УМНОЕ ЖЕЛЕЗО ВЕН ДИПА (Муляр Юрий) -ЧАРАНА (Щерба Наталья)

ЛУЧШИЕ ИЗ ЛУЧШИХ (Муляр Юрий)

      Отделение космической пехоты, стремительным броском прорвав оборону врага, оставило далеко позади соседние подразделения. Ещё немного и долгожданные офицерские нашивки, наконец, засияют на моём плече. Я знаю, за что меня недолюбливают собратья по оружию, но война - наше общее дело и я выжму из неё всё, что только может дать случай на войне, даже если кто-то погибнет из моих рейнджеров.
        На левом фланге молодой рейнджер начал отставать от остальных, и я метнулся к нему. Пришпорив новичка, я заметил, что осталось всего четверо боеспособных рейнджеров, но и враг всё слабее и слабее огрызается в ответ на наш ураганный огонь. Уже предвкушая победу, я замешкался на какой-то миг и этого хватило, чтобы враг успел взять меня на прицел и привести в действие своё оружие.
        
Снаряд, размером не больше горошины, пробил многослойную броню и, войдя в моё тело, взорвался, разнося пока ещё моё, но уже никому не нужное тело, на куски. Одновременно десятки противошоковых игл автоматически вонзились в тело, прежде чем я окончательно отключился. В затухающем сознании успокоительно мелькнула мысль, что и в этот раз мне повезло больше других.
Я соображал, значит, голова не пострадала, а это на современной войне главное для солдата.… В шлемофоне призывно запищал сигнал запроса робота-спасателя, но ответа уже не последовало…
       …сознание медленно приходило вместе со ставшей привычной тошнотой от передозировки препаратов, подавляющих привычный протест моего организма на имплантацию новых частей тела. Трижды я лишался то рук, то ног, то ещё неизвестно чего во время боёв на чужих планетах и каждый раз мне, собранному медиками заново, доставались такие части тела, что без стакана спиртного смотреть первое время на них не хотелось. Хотя кто сейчас хочет проходить всю жизнь, не сменив ни разу своё надоевшее прежнее тело? Обидно, конечно, пока дослужишься до офицера, почти всегда приходится иметь дело с уже побывавшими в переделках имплантантами. Особенно, если космические войны идут без конца, а выбирать медикам не из чего, чтобы чинить раненых. Впрочем, какая разница, какая у тебя новая рука или нога, если больше, чем на пару хороших боёв с врагом тело рейнджера без потерь не выдерживает. Последний раз пришили левую руку какого-то негра, так ещё оказалась такой неуклюжей, будто он ей всю жизнь держал только лопату. Целый месяц пришлось тренировать, и всё равно в первом же бою её оторвало вместе с плечом в придачу к левой ноге. Хорошо быть офицером – не надо ждать неделю-вторую, пока подойдёт твоя очередь и тебя оживят, а пока ты лежишь в анабиозном беспамятстве, весь напичканный химией, как живая консерва. После такого анабиоза даже за пару недель реабилитационного отпуска не всегда удаётся освободиться от его последствий, но пару бутылок горлодёра исправно делают своё дело, а там лишь бы хватило монет. В такие дни бордели трещат по швам и кого-то опять повезут на восстановление. Правительство вообще не пускает рейнджеров на планеты солнечной системы, чтобы не напрягать нежные нервы мирных жителей. А там, куда все-таки попадает рейнджер, его держат под прицелом в прямом и переносном смысле.
      … новая волна тошноты снова заставила открыть глаза. Пара андроидов – санитаров неуклюже стукнула носилками о борт госпитального ракетоплана, давая дорогу кому – то ещё. Еле оторвав голову от подушки, я чуть не подскочил от неожиданности. Вот они долгожданные офицерские шевроны на такой же долгожданной, сверкающе синей, с иголочки новой офицерской форме. Вдвойне непонятно кого я должен теперь пропускать, если я офицер космической пехоты. Один за другим заносили в створ ракетоплана "берсеркеров". Радость от получения офицерского звания поневоле немного поубавилась. Зависть к "берсеркерам" всегда была и будет у любого космического рейнджера. Будь ты хоть кем – угодно, но если при всех твоих заслугах ты не берсеркер, то нечего и метать икру перед другими. Став берсеркером, ты автоматически получал звание офицера, только отборные имплантаты и гарантию правительства на проживание на любой понравившейся планете после окончания службы и ещё много чего, о чём любили поболтать между собой за бутылкой, как простые рейнджеры, так и офицеры. Где и кто их готовил, сколько платили, и ещё многое другое было окружено тайной. Желающие узнать лишнее про суперрейнджеров исчезали, и не надо было особенно догадываться, что с ними стало. Все знали, что для них везде, всегда и во всём зелёный свет. Отличная экипировка и оружие, супер форма, которой бы позавидовал бы любой рейнджер, а главное – непревзойдённые боевые личные качества.
      Однажды, после очередного собирания меня по кусочкам, я, вместе с такими же реанимированными рейнджерами, отдыхал в баре забытой мною теперь планеты, и мне пришлось увидеть "берсеркера" в действии. Этот зверь голыми руками рвал пятерых вооружённых, чем попало под руку, рейнджеров. Все были пьяны, но на действиях берсеркера это никак не отображалось. Он мог бы убить тогда и больше трёх, серьёзно покалечив ещё двоих, если бы прибывшая полиция не успокоила его навек, изрешетив пулями после того, как сообразили, что двоим полицейским тоже придется проходить восстановление кое-каких органов. Заводились эти парни с полуслова, а дурная слава шла впереди них даже среди отпетых сорвиголов, и поэтому связываться с ними не было желающих. "Берсеркера" всегда бросали туда, где уже не было надежды на других космических бойцов. В бою он, или побеждал, или погибал, но никогда не отступал, даже если ему приказывали отступить и положение было безнадёжным. Никто так не хотел проявить свои боевые качества, как "берсеркер" во время схватки с врагом. Жажда вражеской крови была сильнее инстинкта самосохранения. Каждый на словах ненавидел "берсеркера", в душе же только ленивый не мечтал им стать.
      
Денег хватило только на три весёлые недели, которые пролетели в пьяном угаре, и, прибыв на неделю раньше срока, я получил под своё командование взвод рейнджеров. На следующий день по тревоге наш батальон сбросили против гроуберов на боевых позициях на Церере - 11. Твари с ногами кенгуру и такие же подвижные, с семипалыми передними лапами-руками, каждая размером с две мои, с мордой без шеи и клювом на манер гигантского попугая. Убойная сила их оружия была не хуже нашей, так что через пятнадцать минут боя семеро моих бойцов безвозвратно убыли из строя, а столько же билось с врагом без одной руки или ноги, или без того или другого сразу. Азарт боя не позволял обращать внимание на такие мелочи. Не знаю, что думали о нас гроуберы, но вряд ли они когда ни будь раньше сталкивались с бушующим ураганом огня под названием "элитная космическая пехота". За нами и впереди нас оставались только оплавленный грунт и обугленные трупы врагов. На плечах врага мы успешно прошли его оборонительные рубежи и обеспечили выход основным силам подавления на оперативный простор.
      Но привычные по прежним вторжениям силы основного подавления так и не подошли. Гроуберы, опомнившись от первого натиска, вскоре начали планомерно теснить нас. Просьба срочной присылки подкрепления осталась без ответа. Радио эфир предательски молчал. Откуда мне было знать, что весь наш батальон, а это добрых пол тысячи отборных рейнджеров, был попросту брошен на заклание, а настоящий прорыв проходил в другом месте. Мой взвод растаял на глазах, не заставила ждать и моя очередь. За 100 метров до главной оборонительной линии остатки взвода попали в засаду и тут началась кутерьма. Успев сжечь атомным лучемётом пять или шесть врагов, я и не заметил, как остался, скорее всего, один и весь огонь направлен теперь на меня. Залп из чего-то похожего на базуку развалил меня на куски, но в этот раз явно было что-то не так. Перепонки разорвал грохот разлетевшегося защитного шлёма, тускнеющие разноцветные круги в глазах, невыносимая пульсирующая боль в каждой клетке … и всепоглощающая темнота.
     
... да, профессор, мы сделали всё, что могли, но восстановить функции высшей нервной деятельности, увы, не удалось. Слишком большая потеря мозгового вещества в результате прямого попадания снаряда в голову. Да, собирали буквально по кусочкам, но медицина по-прежнему в таких случаях бессильна. Совершенно верно, имплантирован блок боевого синтетического интеллекта. Отторжения нет, так как родная часть мозга утрачена. Совершенно с вами согласен, отличный экземпляр для продолжения службы в рядах берсеркеров. Жалко конечно, что прежний обладатель об этом никогда не узнает. Извините профессор, за сентиментальность…
Четверо в белых халатах, медленно переговариваясь, отошли от кровати, подарив ещё одному рейнджеру исполнение его заветной мечты, а в придачу и новую жизнь.

Комментариев нет: